Pages

Thursday, October 25, 2012

Присутствие рядом

Кельты - друиды, бесстрашные воины. Название этого народа будоражит неясным ощущением величия и тайны. Народ, воспринимавший магию как реальность. Народ, создавший культуру и искусство, прошедшие через тысячелетия. Народ, в религии и мифологии которого был необычайно распространен образ лошади. А, кроме того, это едва ли не единственная культура, где божеством - покровителем лошадей была женщина.

Кто они?

Древнегреческие географы и историки называют кельтов в числе четырех величайших варварских народов известного мира (наряду со скифами, персами и ливийцами). Во времена зарождения кельтологии ученые выдвигали самые разные теории относительно происхождения кельтов, некоторые даже видели в них выходцев из Северной Африки. Впрочем, современные лингвисты однозначно относят кельтов к индоевропейцам, потомкам племен, начавших на заре второго тысячелетия до н.э. экспансию из Северной Европы или евразийских степей. Однако над областью, позднее названной кельтской, прокатились такие волны переселений, так много народов здесь боролось и селилось, что кельтское сообщество нельзя рассматривать как нечто единое. Скорее это некий конгломерат, сложившийся в глубокой древности благодаря преемственности и взаимопроникновению культур. Как бы там ни было, во второй половине I тысячелетия до н.э. кельты занимали большую часть европейских территорий и даже некоторые регионы Ближнего и Центрального Востока, где о них до сих пор напоминает множество топонимов. Например, Mediolanum (Милан), Viro-dunum (Верден), Cremona (creamh - чеснок).
Античные авторы описывали кельтов как людей высокого роста, со светлой кожей, развитой мускулатурой, голубыми глазами и белокурыми волосами. Однако, как мы знаем, в понятие «кельты» входило множество племен (галлы, галаты, белги и т.д.), и это описание вряд ли применимо ко всем из них. Обрисованная античными авторами внешность наиболее соответствовала стандартам красоты, принятым у островной кельтской знати и воспетым в древнеирландской литературе.


Маска, изображающая лошадь.
Йоркшир, I век н.э.
Всадники с «конскими гривами»

Общей чертой кельтских племен была значимость в их культуре лошади. Вплоть до того, что даже личные имена содержали «лошадиные» элементы. В их захоронениях часто встречаются детали повозок и конской упряжи. Разумеется, по сохранившимся материальным свидетельствам мы можем судить, в основном, о правящем классе, родовой знати. И можно сказать, что кельтские вожди железного века использовали в качестве упряжи усовершенствованные восточные модели, весьма разнообразные по форме. Сбрую изготавливали с отдельными частями из бронзы, для колесниц делали железные ободы и другие металлические детали. В доисторической Европе всадники обычно использовали трензели с грызлом из двух звеньев, но на территории Шампани, а позднее в Британии и Ирландии вошли в обиход трензели с грызлом из трех звеньев - то, что в обиходе современных конников называется «восьмеркой». По словам исследователя Теренса Пауэлла, «они (Трехчастные трензели. - Прим. авт.) причиняли животным меньше страданий, что свидетельствует о развитии искусства верховой езды.
Диодор, Плиний и другие авторы отмечают живописность и пестроту кельтских нарядов. Но львиную долю их описаний занимает такой предмет одежды, как bracae, попросту говоря - штаны. Сам факт, что кельты носили штаны, вызывает ряд интересных ассоциаций - например, со скифами, конным народом, также носившим штаны. Можно сделать вывод, что одежда, удобная для верховой езды, вероятно, была естественным «приложением» к комплексу навыков разведения и использования лошадей.

Любопытно также и описание причесок кельтов. Диодор сообщает, что кельты смачивали волосы известковым раствором и странным образом зачесывали их со лба назад - на манер лошадиной гривы.

Самое кельтское искусство

Несмотря на то, что верховая езда у кельтских народов всегда была развита и со временем количество конных воинов только увеличивалось, у нас нет оснований полагать, что у кельтов существовала кавалерия в том виде, в каком она присутствовала у ассирийцев и римлян. Цезарь, например, сообщает, что в Галлии на смену воинам, сражавшимся на колесницах, пришли equites (всадники). Но все они принадлежали к высокому социальному рангу, не являлись специальным воинским подразделением и собирались вместе лишь для немедленных военных действий. Павсаний употребляет любопытный термин, заимствованный у более древних греческих авторов и восходящий к III веку до н.э. Он рассказывает о trimarcisia - трех всадниках, в числе которых был один вельможа и двое его спутников, готовых прийти ему на выручку в бою или предоставить свежую лошадь. Но, опять же, нет никаких указаний на то, что эти троицы составляли особые воинские расчеты.

Античные авторы сообщали, что кельты придавали большое значение искусству управления колесницей и говорили сами о себе, что они все так или иначе умеют править лошадьми, но не все - возницы. Признавая этим, что искусство править лошадьми сродни поэтическому таланту. Кельтские колесницы отличались от римских - они были открыты спереди. Римляне в изумлении описывают, что кельты, хвалясь своей ловкостью и искусством управления колесницей, совершали такой трюк - возница осаживал упряжку, идущую на полном ходу, и тут же пробежав вперед по дышлу, останавливался, балансируя на нем. Такая воинская похвальба напоминает обычай викингов, когда для доказательства своей ловкости викинги пробегали по веслу плывущего корабля.

Важность места, занимаемого лошадью в жизни кельтов, подтверждается тем, что изображения коней на кельтских территориях встречаются повсеместно. Но особое внимание уделялось этому животному в Галлии, где на реверсе большинства галльских монет фигурирует изображение боевого коня. Один из исследователей кельтской культуры Дюваль так описывает эти монеты: «Изображенный в одиночестве, свободный, часто вставший на дыбы, иногда окруженный звездными знаками, боевой конь является центральной фигурой кельтской нумизматики». Дюваль связывает это с тем, что Галлия славилась коневодством, и почти постоянное присутствие фигуры коня на находившихся в обращении монетах напоминало всему миру о престиже ее всадников и богатстве ее пастбищ.

Скажи мне, во что ты веришь...

Религию кельтов принято называть первобытной. Любые попытки выстроить верования кельтов по схеме великих мировых религий, отыскать в них логику и иерархию, бесполезны и говорят о неверном понимании всей ее сути. Как и все древние религии, религия кельтов была неотделима от магии. Они верили, что магические силы пронизывают окружающий мир и влияют на все аспекты человеческой жизни. Эти силы можно использовать в своих интересах с помощью ритуалов, жертвоприношений и чтения вслух священных сказаний, которые побуждают богов снизойти до человеческих нужд.

Представления о загробной жизни кельтов по своей идее в чем-то близки египетской традиции. Римляне с изумлением отмечали, что кельт может дать в долг деньги в обмен на обещание получить их обратно в будущей жизни.

Наши знания о кельтских богах основываются в значительной степени на описаниях античных авторов, которые, естественно, стремились найти в них привычные черты. Однако следует помнить, что развитого, организованного, общепринятого пантеона, такого, как у греков и римлян, в кельтском мире не существовало. Кельты, как и многие древние народы, уделяли большое внимание числу «три». И современные исследователи выделяют три бросающиеся в глаза особенности кельтской религии: тройственность божественных образов, широкое распространение анималистических мотивов и восходящий к глубокой древности культ богинь-Матерей.

К числу этих богинь относят и Эпону - богиню-всадницу, которая чаще всего изображается сидящей на лошади боком, причем за ее лошадью следует жеребенок. Эпона была покровительницей всадников, а также, будучи покровительницей лошадей (особенно кобыл и жеребят), обеспечивала земледельческое процветание. Вероятно, из-за того, что ни один из богов греко-римского пантеона, ни Диоскуры, ни сам Марс, не имели таких тесных связей с лошадьми, как она, образ Эпоны был принят и имел большую популярность у римлян, особенно в армии, которая распространила ее культ вплоть до Италии, где календарь I в. н.э. отмечает ее праздник 18 декабря. Более того, Эпона была одним из двух кельтских божеств, которых почитали даже в столице империи - Риме.

Вообще образ лошади был необычайно распространен в религии и мифологии кельтов. Лошадей связывали не только с волнами моря, которые скачут подобно коням, а пена на их гребнях уподобляется конским гривам, но также и с водами почвы. Но и те, и другие воды соотносятся с загробным миром, и лошадь уже выступает не только в качестве демона загробного мира, но и в качестве проводника душ в кельтских святилищах юга Галлии. До сих пор в фольклоре кельтских народов скачут водяные лошадки - чудесные животные, которые обитают в воде: келпи, ракушники, кабилл-ушти, эх-ушки, агиски и брэги... Нрав у каждого свой, но объединяет их одно - привычка заманивать людей и прыгать вместе с седоками в воду. Для людей эти прыжки заканчиваются по-разному: кто отделывается купанием, а кого и съедают.

Самая известная из водяных лошадок - келпи, обитающая в шотландском фольклоре. Келпи селится в реках, избегая озер и морей. Это оборотень, способный превращаться в других животных и человека. Когда ему удается искупать своего седока, келпи с грохотом и ослепительной вспышкой исчезает. Но когда келпи чем-то рассержен, он становится кровожадным - разрывает свою жертву на кусочки и пожирает. Есть у келпи еще одно развлечение: он может принимать обличье прекрасного принца и соблазнять девушек. Узнать его можно только по мокрым, с запутавшимися водорослями, волосам. Девушки, будьте осмотрительны с прекрасными принцами!

Кельты создали своеобразное и великолепное искусство, которое сумело противостоять обаянию античного искусства и на протяжении многих веков озаряло своим блеском человеческую цивилизацию.

А.Юбер, крупный исследователь кельтской культуры, называет кельтов «факелоносцами древнего мира». По его словам, кельты выступали в роли цивилизаторов. В качестве посредников они принесли в Центральную Европу греческую цивилизацию, не забыв при этом обогатить и собственную культуру.

Кто из нас не любовался завораживающим переплетением кельтского орнамента? И все, вероятно, не соотнося это с кельтской традицией, знакомы с такими воплощениями природных и магических сил кельтов, как эльфы, фейри, Пак, Робин Добрый Малый и др.
В этом и состоит еще один феномен кельтской культуры, что по сию пору она не только присутствует рядом с нами, но и оказывает на нас свое влияние.

Автор: Галина Иншакова

Источник

No comments:

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...